Слушать радио онлайн

Близкие нелюди

Разное СПбГУТ
02.11.2018
15
0+
0
Близкие нелюди
 
 
  ….А человеческие врачи и не справляются. 
«Собачья работа» - думает каждый, проработавший в государственной больнице хотя бы полгода. Каждый, кроме, пожалуй, санитарки. Ее работа не пыльная – тут подмел, тут убрал. Рвоту, кровь, фекалии – это уже дело десятое. А получает санитарка по здешним меркам баснословные деньги – аж 20.000 рублей! Ей даже врачи завидуют…
 

«Говорила мама: «Подумай, сынок, точно ли это  твое? Правда ли ты хочешь всю жизнь быть вдали от семьи, ночами мотаться по чужим домам и, будучи у себя дома, вечно слушать жужжание стиральной машинки, в очередной раз отжимающей твой виды видавший халат?»… А я, дурак, смеялся в ответ и беззаботно мечтал о будущем. Нет, не так. О Будущем! О красивом белом халате и стетоскопе на шее, о миленьких мед.сестричках  и сложных, но безумно интересных случаях… Хаус недоделанный»
Мечты о благородстве моей профессии полетели в унитаз в тот самый день, когда меня впервые вырвало от  ужаса.
 

Два ночи, снегопад не прекращается уже сутки. Вызов – мальчик, 5 лет, задыхается. Мчимся, как только можем. Да и как не можем тоже. Время поджимает – встали в пробку. По правилам  -ах, правила – нас должны пропустить. Мы ведь с мигалками, сиреной. Но все упорно делают вид, что не слышат оглушающего рева нашей машины, будто не видят кричащей разноцветной мигалки. Будто не понимают, что где-то там нас ждут. 
Тем временем,  мальчик умирает.
 

Мы опоздали на 6 минут. Реанимировали,  хотя каждый понимал – это бессмысленно.  Отец стенал, ходя из одного угла комнаты в другой, мать просто сидела на диване рядом с трупом своего ребенка.  
 У Димы – его звали Дима – была астма. А родители у Димы были идиотами. Как  потом выяснилось, асфиксия наступила неспроста – мать мальчика вычитала на каком-то форуме о том, что астма – это как ВИЧ или СПИД – то есть придумана врачами для отмывания денег. И ингалятор ее ребенку вовсе не нужен – это все выдумки алчных медиков.
Да-да, именно так она нам и говорила, ссутулившись  и будто бы пытаясь вжаться в диван. А затем, сверкнув глазами и быстро подскочив ко мне, схватилась за мой халат и резко оттолкнула меня от тела ребенка. 
- Они были правы! Лекарства! Лекарства его убили! Выметайтесь!
 

Эти крики продолжались бы еще очень-очень долго, если бы наш фельдшер с их началом не додумался позвонить в полицию.
Как нам сказали, мать и отца Димы судят за убийство по неосторожности, вот только неосторожность ли это была?

Нет, это не тот случай. Тогда я уже минимум полгода работал, потому что помню: на мне был новый халат. Красивый. Белый. Как в моих старых-старых мечтах. Мне его на полгода работы коллеги подарили. 
Значит,  меня сломало что-то другое. Вспомнить бы, что…

Помню еще один жуткий случай. Жуткий не потому, что страшная болезнь была у пациента, а потому, что  его сгубила тупость. И, угадайте, чья? Правильно, родителей. 
Пациент – 10-летний мальчик. По карте и словам родителей – здоров, ничем серьезным не болел, привит от всего, диспансеризация раз в год, в общем, все как по часам. 
Только вот приехав на температуру, мы с фельдшером немного опешили. Ну, не немного. Сильно опешили. Мальчик лежал в кровати, обмотанный в  три или четыре одеяла, с температурой, близкой к 40 градусам. Говорить он уже не мог и только еле-еле водил глазами туда-сюда: то на меня, то на отца.
Отец его, надо сказать, здоровый был.  А взгляд как у быка, еще не разъяренного, но близкого к этому. Как сейчас помню,  первая мысль – не дай Бог ему что-то не понравится. Знаем мы таких, проходили. Я, конечно, тоже не тюфяк, но в драке такому проиграю.
 

- Давайте, делайте с ним что-нибудь. Придуривается, ишь ты, в школу он не хочет. Г-рит, живот у него болит. Врет все! Сделайте ему укол какой-нибудь, поноет, успокоится и пойдет уроки делать, а то развел тут истерику, якобы, ходить уже не может. Тьфу ты, мать разбаловала! – с плохо скрываемой агрессией басовито проговорил папаша.
Мы попытались было снять с мальчишки одеяла, но он начал вопить. Так вопят на войне, когда ногу мина отрывает. Понятное дело, мы с самого начала  были настороже, а тут поняли, что дело совсем плохо. Пока фельдшер вызывал подкрепление и полицию, я отвлекал отца и пытался усмотреть в глазах мальчишки хоть толику понимания происходящего, чтобы понять, с нами он еще, или одной ногой уже сами знаете где.
Подкрепление подъехало очень оперативно – всего через пять минут нерадивого папашу обхаживал наряд полиции, а мы с фельдшером осторожно несли обезболенного парнишку в машину.
 В больнице выяснилось, что у того разрыв аппендикса. Еще бы пару  часов подождать – и умер бы. 
А папаша думал, что тот в школу не хочет…
Нет, и это не тот случай. Тогда я уже был закален. Что же случилось в мой самый страшный  выезд?...
Вроде это было ранней весной. Снег тогда только-только начал сходить, сосульки то медленно таяли, то замерзали и как будто заново вырастали. Зима не хотела покидать наш город.
Вызов поступил не от  пострадавшего и не от его друзей или родственников – от соседей. Как  нам сказала оператор, они звонили не только в скорую, но и в МЧС, полицию и органы опеки. 
По словам неравнодушных людей, в соседской квартире уже как два дня, почти не прерываясь, кричит маленькая девочка. В первые сутки соседи с лестничной клетки и ближайших этажей еще пытались выяснить, в чем дело, но мать девочки упорно выставляла их за дверь со словами о том, что дочь, дескать, болеет и капризничает.
На вторые сутки она вовсе перестала открывать, и тогда уже сердобольные соседи решились на крайние меры – они вызвали всех, кто хоть как-то мог помочь вызволить ребенка из дома-клетки. 
По приезду мы выяснили, что Василисе 7 лет, и в этом году она впервые пошла в школу. 
Больше в школу она ходить не будет. Только ездить. На коляске.
Василисе пришлось ампутировать ногу.
 

Я, вроде,  упоминал, что дело было ранней весной, в гололед. Как-то возвращаясь со школы,  Василиса упала и сломала свою хрупкую ножку. От шока она не почувствовала боли и спокойно дошла до дома, и только там, сняв колготы, увидела что-то белое, торчащее из ноги и кровь. Много-много крови. Испугавшись, она позвала маму. Та, в свою очередь, незамедлительно вызвала на подмогу бабушку. Подумав какое-то время, они решили не пороть горячку и повременить с вызовом врачей. Да и правильно – весна, скоро лето, солнце ведь дает все нужные витамины… Да и зачем ребенка всякими таблетками травить?! 
Самостоятельно вправив кость - на деле же они просто разорвали ей икроножную мышцу -  они принялись за обработку раны. В  ход шло все: перекись, йод, зеленка… А потом бабка вспомнила о чудодейственном способе вылечить  все на свете за три дня, услышанном ею от подруги по подъезду Ольги Васильевны. 
Таким образом, нога девочки была наскоро облита свежей мочой матери и завернута в капустные листья. 
Два дня девочка еще более менее терпела боль от перелома, неправильного вправления, разорванной мышцы и инфекции, которая медленно, но верно распространялась от раны по всей ноге, но на третьи сутки стала кричать. Любящая мамочка, конечно, пыталась успокоить дочурку и поила ее водкой, – чтоб микробов вымыть! – однако нужный ей эффект так и не пришел.
На четвертый день – когда приехала наша бригада – девочку не брала даже сорокоградусная. И не удивительно -  начался некроз. 
Фельдшер – мужик лет под 50 – видел и не такое и, погрузив девочку в карету скорой, спокойно начал оформлять ее  в хирургию. А я… Я тогда понял, что все. Приехали. 
 

Конечно, я никогда не был ни оптимистом, ни идеалистом – я всегда знал, что люди не могут все поголовно быть умными или хотя бы не идиотами. Но то, что я пережил в тот день – не описать словами. Я до сих пор помню ее глаза, полные боли и непонимания: за что, ЗА ЧТО с ней так обошлись самые близкие люди?!
Сколько родителей вот так вот калечили и калечат своих детей, я не знаю. Сбился со счета. Странно, но когда сами мамаши и папаши чувствуют недомогание, то незамедлительно обращаются ко врачу, а вот на своих детях, видимо, отыгрываются как только могут.
Оглядываясь назад, вспоминая себя маленького, вспоминая то время, как я мечтал стать пожарным, я начинаю понимать, что это была совсем и не глупая мечта.
 

По крайней мере, не глупее, чем быть врачом.
 

Автор: Анастасия Васильева

Чтобы оставить комментарий вам необходимо пройти авторизацию
Войти через соцсети

Комментарии (всего 0 шт.):
X

Сообщение об ошибке на сайте







* Вы также можете отправить сообщение на umr@sut.ru

X